В течение веков Черная страна была известна своей горнодобывающей промышленностью, что позволило региону получить репутацию богатого на ископаемые. Благодаря почерневшей и исцарапанной местности, которая стала такой, из-за большого количества дыма и смога от промышленных предприятий, наполнявшего воздух, она получила прозвище «черной днем, красной ночью». Однако горнодобывающая промышленность и разработка карьеров имели решающее значение для экономики Мидленда. Ведь в этом регионе был найден широкий спектр образцов минералов. Более подробно об этом читайте на birminghamname.com.
Экскурс в историю
Ярким примером подземных богатств может служить, так называемая знаменитая «Стаффордширская толща» — единственный угольный пласт толщина которого составляла более 10 метров. Именно этот пласт залегал под большей частью Черной страны. Он считался самым мощным угольным пластом не только в Мидленде, но и во всей Великобритании. Поэтому стал крупнейшим энергетическим ресурсом промышленной революции.
Сейчас уголь не является основным источником энергии, как это было в XIX и в начале XX века. Но в Черной стране помнят о тех временах и сохраняют память о них. Здесь работают воссозданные небольшие угольные шахты Черной страны, а их посетители, спустившись под землю, на собственном опыте ощущают то, что чувствовали шахтеры тех времен, которым приходилось погружаться в подземную темноту, двигаться лабиринтом дорожек и рабочих зон в 1850-х годах.
Посетители таких шахт узнают, как здесь работали, как использовались деревянные опоры для поддержки потолка, и предотвращали обвалы, а также сталкиваются с суровой реальностью тяжелой шахтерской работы, которая была в середине XIX века. Ко всему, для того, чтобы восприятие той реальности было более острым в таких шахтах обычно предлагают аудиовизуальные дополнения, которые транслируют звуки и оживляют чувства, сопровождавшие шахтера во время работы, от постукивания кирок до ржания шахтерского пони и гула соседнего обвала.
После подъема на поверхность земли посетители также могут осмотреть наземное оборудование, необходимое для добычи полезных ископаемых, в частности, двигатель, благодаря которому шахтеров поднимают на поверхность, деревянный каркас шахты, паровой двигатель для подъема угля, кузницу и шахтерскую избушку, где хранятся инструменты и сушится рабочая одежда. Нельзя не упомянуть об офисе руководителя шахты, который ежедневно проверял вес добытого угля с помощью платформы для взвешивания.
Каменноугольный период
То, что есть такие островки памяти лишний раз подчеркивает, важность тех подземных залежей, которые поспособствовали промышленной революции, а вместе с ней расцвету Черной страны, Бирмингема и всей Великобритании.
Если разбираться, чем были и остаются богатыми эти недра, то следует начинать с древнейших времен. В каменноугольный период район лежал на южной окраине Пеннинского бассейна, к северу от Уэльско-Брабантской возвышенности. Вестфальский угольный массив залегал на породах от кембрийского до девонского возраста. Песчаники, аргиллиты и угли откладывались в дельтовых и озерных условиях.
Угленосная толща была относительно тонкой, как в Южном Стаффордшире, так и в Уорикшире, но она включала каменный уголь, имевший большое экономическое значение. Так же здесь разрабатывали железную руду и огнеупорную глину. Зато Галесовенская формация включает тонкий уголь, что свидетельствует о возвращении к влажным дельтовым условиям.
Поэтому полезные ископаемые в этом районе эксплуатируются для многих целей. К ним относятся — песок, гравий и щебень для строительства, глина для производства кирпича, черепицы и труб. Конечно, здесь добывали уголь для производства энергии, и железную руду для производства чугуна и стали. Не следует забывать также известняк — для флюса и сельскохозяйственных нужд.
Песок и гравий ранее добывались в районе, как из поверхностных отложений, так и из коренных пород Шервудского песчаника, хотя последние разработки ограничиваются аллювиальными и речными террасными отложениями, а также ледниково-флювиальным песком и гравием на востоке района.
Что касается железной руды, то она встречается в виде конкреций или тонких пластов сидерита карбоната железа. Здесь разрабатывали много видов железных руд, в разных количествах и на разных шахтах. Губбинский железный камень был наиболее широко разрабатываемым пластом, дававшим до 40% металлического железа, но его добыча прекратилась в начале XX века.
Уголь и связанные с ним пласты огнеупорной глины и железной руды разрабатывались в угольном бассейне Южного Стаффордшира со средневековья, хотя новейшие подземные разработки на шахтах Сэндвелл-Парк, Хит-Питс и Хамстед, расположенных к востоку от разлома Восточной границы, прекратились в начале 1960-х годов. В последние годы уголь добывался на глубине вдоль западной окраины угольного бассейна Уорикшира из шахт Декстер, Кингсбери и До Милл. Ограничения для развития, были связаны с подкопанными территориями.
Наследие добычи
В целом такая длинная, в несколько веков, история добычи полезных ископаемых на основе угольных шахт оставила после себя наследие неглубоких выработок, стволов, штолен и заложенных карьеров, которые создают проблемы для землепользования. К опасностям относятся проседание горных выработок, обрушение шахт, затопление, загрязнение грунтовых вод, накопление газа и плохое состояние фундамента. Широкий спектр методов добычи, включая «колокольные ямы», «столбы и стойла», «квадратные выработки» и «лавы», а также переменная глубина выработок создают различные инженерные проблемы.
Метод лав, как правило, более предсказуем, а его масштабы лучше задокументированы по сравнению с другими. Шахтные газы, такие как метан, углекислый газ и угарный газ, могут накапливаться в любых полостях, остающихся после обрушения выработок. Обычно он мигрирует через разломы, шахты или проницаемые пласты, а поднятие уровня грунтовых вод, может создавать давление на газ и вызывать его утечку к поверхности.
Варианты расположения карьеров были достаточно ограничены из-за природы и распределения пластов, а добыча карьеров могла иметь и имела негативное влияние на окружающую среду, речь о шуме и пыли. Многие карьеры и ямы были позже засыпаны, другие частично заполнены и деградированы, некоторые затоплены, но есть такие, которые остаются открытыми. Образованные крутые склоны, связанные с раскопками, могут создавать риск их обрушения и создавать проблемы, связанные со свалками.
Горнодобывающее дело в местном университете
Развитое горнодобывающее дело наложило свой отпечаток на все аспекты жизни региона. Естественно, что местный вуз, речь о Бирмингемском университете, имеет факультет горного дела. Первые годы обучения на этом факультете проходили под руководством профессора Ричарда Огастина Стаддерта Редмейна, профессора горного дела и заведующего кафедрой горной инженерии с 1902 до 1908 года. Во время своего пребывания в должности Редмейн стремился продвигать заведение как средство подготовки инженеров, а не систему ученичества.
Поэтому под его руководством университет стал первым в стране, где разместились лаборатория обогащения руды и, конечно же, модель подземной угольной шахты. Редмэйн также был страстным сторонником усиления процедур безопасности и улучшения условий труда в опасной среде угольной шахты.
Источники:
- https://visitbirmingham.com/blog/post/underground-mine-experience-invites-visitors-to-go-into-the-thick/
- https://www.birmingham.ac.uk/news/2025/from-minerals-to-the-moon-mining-the-future-at-the-university-of-birmingham
- https://webapps.bgs.ac.uk/Memoirs/docs/B01604.html#:~:text=Coal%2C%20ironstone%20and%20fireclay%20have,the%20wealth%20of%20the%20region.