Карьера сэра Уильяма Бейта Харди наглядно демонстрирует, как гениальный человек может достичь невероятного успеха в деятельности, совсем не похожую на ту, с которой была связана его учеба. Несмотря на то, что он был биологом, его работа значительно поспособствовала развитию биохимии и патологии. А еще он стал администратором университета и с успехом руководил важным и крупным национальным предприятием. При этом нетрудно заметить, что существовала полная преемственность и логическая последовательность в развитии собственной мысли и творчества. Более подробно о судьбе и научных успехах уроженца Бирмингема читайте на birminghamname.com.
Учеба и начало научной деятельности
Харди родился в Erdington, пригороде Бирмингема, что в графстве Warwickshire, 16 апреля 1864 года. Образование получил в Framlingham и в колледже Gonville and Gaius в Кембридже. Здесь он получил степень магистра искусств в 1888 году, проводил биохимические исследования. Предметом Харди была зоология. К тому же после окончания университета он был избран на исследовательскую стипендию Шаттлворта, а в 1900 году стал лауреатом премии Терстона Приземана.
В 1892 году он стал стипендиатом своего колледжа, а впоследствии, его преподавателем. В университете Харди был сначала демонстратором, а впоследствии преподавателем физиологии. Будучи сотрудником Майкла Фостера, он был особенно заинтересован в преподавании гистологии и занимался преподаванием этого предмета для продвинутого класса.
Он обратился к исследованиям в этой области, и между 1892 и 1898 годами опубликовал аж одиннадцать статей о морфологии, поведении и функции лейкоцитов и блуждающих клеток ракообразных, амфибий и млекопитающих. В этих исследованиях он продемонстрировал большое техническое мастерство. Это было время, когда особый интерес к лейкоцитам был вызван открытием Мечниковым фагоцитоза. Харди внес значительный вклад в познание этого явления, и среди многих интересных фактов он продемонстрировал существование замечательных «взрывных» сгустков крови у ракообразных.
Критическое переосмысление техники гистологии
В конце этого периода своей деятельности Харди пришел к убеждению, что современная техника гистологии требует критического переосмысления. Методы, с помощью которых живые ткани «фиксировали» реактивами для микроскопического исследования были не идеальны. В течение нескольких лет они служили научной цели, но часто вводили в заблуждение, заменяя реальные явления искусственными в клеточной протоплазме.
Убежденный в фундаментальной важности таких рассуждений для цитологии и биологии в целом, Харди начал со свойственной ему энергией изучать влияние сопутствующих условий на стабильность и поведение коллоидных систем. Он начал с предварительного знакомства с биохимией и с простейшим оборудованием, но быстро получил новые данные, которые имели первоочередное значение.
Две классические работы, были опубликованы Харди в 1899 году «О структуре клеточной протоплазмы» и «О коагуляции протеидов электричеством». Эти работы произвели большое впечатление на тогдашнюю научную мысль. Вместе они охватили очень широкую аудиторию. В результате годичной работы Харди гораздо четче, чем это было до того, объяснил разницу между суспензионными и эмульсионными коллоидными системами и продемонстрировал многие важные свойства каждого типа.
Его тщательное изучение коагуляционной способности электролитов, показало их зависимость от мицеллярных и ионных зарядов. К тому же придало четкости и точности ранее неясным знаниям и привело к еще одним детальным исследованиям, проведенным, как им же, так и другими учеными, а также к фундаментальным достижениям в изучении этих дисциплин.
За этими работами вскоре появились другие, которые развивали эту тему. К примеру одна из них была посвящена условиям, определяющим стабильность необратимых гидрозолей, а другая — о механизме гелеобразования в обратимых коллоидных системах.
Изучение радия
В это время Уильям Харди сделал короткий перерыв и занялся изучением воздействия радия на живые ткани. К слову, Харди был одним из первых, кто начал изучать явления, связанные с этим. Опасность обращения с радием тогда еще не осознавали в полной мере, а потому, возможно, хорошо, что он недолго продолжал эту работу. Харди, безусловно, был неосторожен в обращении с немалым количеством радия, которым владел и исследовал. В результате чего, он получил сильный ожог, и это неудивительно, ведь он носил его в кармане жилета.
Харди рано проявил интерес к равновесию белков в крови и сохранил этот интерес до конца жизни. Он всегда склонялся к мысли, что в циркулирующей крови существует некий единый белковый комплекс, он очень детально изучил распознанные фракции и, особенно, глобулиновую. Работа над глобулинами, была опубликована в 1903 и 1905 годах, она была подытожена в его Кронской лекции в 1907 году. Этот труд привел к нескольким важным для коллоидной науки обобщениям, среди которых было установление изоэлектрической точки как физической константы для отдельных белков.
В это время Харди погрузился в проблемы молекулярной физики настолько, насколько они касались его собственной работы, чтобы иметь возможность заниматься ими. Он поставил себе цель обновить и расширить знания по математике. В предвоенный период Харди опубликовал работы, у которых математический анализ применялся к явлениям, изучавшимся им ранее. Среди них «Общая теория коллоидных растворов» и «Натяжение композитных поверхностей жидкости». Эти теоретические работы очень важны, поскольку показывают умственную работу их авторов в то время, но большинство читателей находит их трудными для понимания.
Сразу после войны интерес Уильяма Бейта Харди обратился к явлениям связанных со статическим трением, а отсюда неизбежно к проблемам смазывания. Такие темы могут показаться далекими от его предыдущих интересов, но на самом деле они вытекали из них в надлежащей последовательности. Харди долгое время считал, что коллоидные растворы являются лишь частными случаями обычных молекулярных растворов, особенностью которых является лишь значительное отклонение от термодинамической обратимости вследствие действия большого внутреннего трения, возникающего из-за ограниченной подвижности одной из составляющих.
Две его статьи о статическом трении описывают эксперименты, устанавливающие связь между твердыми поверхностями при контакте.
Рыцарь Уильям Бейт Харди
Особо следует сказать о вкладе Уильяма Бейта Харди в популяризацию и финансирование английской науки. В 1920 году Харди в сотрудничестве с сэром Уолтером Морли Флетчером, секретарем Комитета медицинских исследований, убедил опекунов наследия сэра Уильяма Данна использовать деньги на исследования в области биохимии и патологии. С этой целью они профинансировали в 1920 году профессора сэра Фредерика Гоуленда Хопкинса в Кембридже на сумму 210 000 фунтов стерлингов для развития его работы в области биохимии.
Через два года опекуны пожертвовали профессору Джорджу Драеру из Оксфордского университета сумму в 100 000 фунтов стерлингов на исследование патологии. Деньги позволили каждому из получателей создать кафедру и сложные учебные и исследовательские лаборатории. Речь об Институте биохимии сэра Уильяма Данна в Кембридже и Школе патологии сэра Уильяма Данна в Оксфорде. Оба заведения дали десять лауреатов Нобелевской премии, включая Хопкинса за открытие витаминов и профессоров Говарда Флори и Эрнста Чейна за их разработки пенициллина.
Харди был посвящен в рыцари в 1925 году и умер в Кембридже в 1934 году.
Источники: